Если взглянуть на Солнечную систему со стороны, бросается в глаза закономерность: планеты и карликовые планеты — почти идеальные шары, а астероиды и кометы больше похожи на картофелины или обломки с рваными краями. Почему так? Дело в массе и силе собственной гравитации.
Чем массивнее небесное тело, тем сильнее его собственная гравитация. У планет она достаточно велика, чтобы со временем преодолеть прочность горных пород и льда. В результате выступы постепенно «сползают» вниз, а впадины — сглаживаются, и тело принимает форму, при которой силы распределены максимально равномерно. Такое состояние называется гидростатическим равновесием — именно оно заставляет крупные тела стремиться к шарообразной форме.
Важно понимать, что это не происходит мгновенно. В ранней истории Солнечной системы многие тела были частично расплавлены из-за частых столкновений и внутреннего радиоактивного нагрева. В таком состоянии материал легче поддается деформации, и гравитация быстрее сглаживает неровности. Позже, когда поверхность остывает, форма закрепляется надолго.
Астероиды слишком малы для этого процесса. Их собственной гравитации не хватает, чтобы заметно деформировать породы и «сгладить» неровности. Поэтому на них сохраняются кратеры, острые грани, вытянутые и даже двухдольные формы. А многие астероиды и вовсе не монолитны — это «кучи щебня»: набор обломков, удерживаемых вместе гравитацией.
Переход между неправильной и шарообразной формой обычно начинается при массе порядка 1020–1021 килограммов и диаметре около 400–600 километров. Меньшие тела, как правило, сохраняют неровную форму. Показательный пример — Церера: при диаметре около 940 километров ее массы уже достаточно, чтобы быть почти сферической. Именно поэтому это карликовая планета, а не астероид.
Читайте также: Удивительная карликовая планета Церера: океан, туман, соль и органика.
